проиграла на выезде сборной Португалии матч отборочного турнира ЧМ-2006 - 0:2.
Добавить комментарий
Футбол
Штукин отдан в аренду до конца сезона в команду "Текстильщик-Телеком" Иваново.
Капитанская повязка в «Шиннике» перешла к Сергею Штанюку после того, как серьезную травму (повторный разрыв крестообразной связки) получил на учебно-тренировочном сборе в Словакии Дмитрий Васильев. Долго привыкать к «новой роли» белорусскому легионеру не пришлось. И не потому, что роль на самом деле была не такой уж и новой - в свое время Сергей уже «капитанил» в прежних клубах, но и потому, что она, как говорится, пришлась к месту и в тему. Штанюк – центральный защитник, а данная позиция на поле сама по себе предполагает умелое руководство действиями не только своих коллег по амплуа, но и всей команды. Так что прикрикивал «ярославский белорус» и раньше частенько, а теперь просто-напросто возвел свой «командирский тон» в официальный ранг.
Впрочем, от слов он довольно быстро перешел и к делу. А как же иначе? Капитан должен живым примером подстегивать партнеров на борьбу и поднимать их командный дух, что Штанюк, собственно, и продемонстрировал в последних матчах «Шинника», отличившись дважды подряд: в гостевом поединке против «Ротора» и дома в игре с «Торпедо». Согласитесь, для защитника показатель весьма приличный. Но мало кто знает, какой ценой дались футболисту эти мячи, особенно второй, забитый столичным автозаводцам. Неделю назад, как раз в день волгоградского матча у Сергея Штанюка умер отец. И мы, искренние соболезнуя, восхищаемся мужеством игрока, сумевшего через несколько дней после постигшего его несчастья не просто выйти на поле, но и стать одним из творцов столь важной для «Шинника» победы.
- Сергей, примите наши искренние соболезнования.
- Спасибо. Что ж, такова жизнь: у каждого порой случается горе. Дай Бог, чтобы у всех нас его было поменьше.
- Простите, за бестактный, может быть, вопрос, но не было ли у вас желания взять выходной и пропустить встречу с «Торпедо». Руководство клуба и тренерский штаб, уверена, пошли бы вам навстречу.
- Думаю, мне действительно пошли бы навстречу, но я посчитал, что смогу выйти на поле и сыграть ради всех тех, кто придет в этот день на стадион, ради всех, кто болеет за «Шинник» и за меня. И в том числе ради своего отца. Из Волгограда я поехал домой, но оттуда позвонил главному тренеру, и сказал, чтобы на меня обязательно рассчитывали в субботу в игре с «Торпедо».
- Вы забиваете уже в двух матчах подряд, что для защитника, тем более - центрального, а не флангового, в принципе явление редкое. Подобное «голеадорство» случилось в вашей карьере впервые?
- Нет. Я как раз, когда выходил из раздевалки после игры с «Торпедо», об этом думал. Вспомнил, что в свой последний сезон в Англии тоже забивал дважды подряд. А вот раньше, ни в белорусском, ни в российском чемпионатах, сделать такое не получалось.
- Какой из этих двух мячей стал самым важным для вас?
- Я думаю, что для нашей команды были важны оба гола. Сейчас, когда нам только-только удалось выправить свое турнирное положение, вдобавок - укрепить психологию, каждый мяч на особенном счету. Кто бы его ни забил. Но если говорить конкретно обо мне, то для меня важным стал гол «Торпедо»: это был первый поединок, когда я вышел на поле после смерти отца, и, думаю, что Бог мне помог отличиться в этот день.
- Игра с московским «Торпедо» в целом была в какой-то степени переломной для «Шинника»: победа – есть шансы и возможность дальше продолжать турнирное шествие, поражение – вязкая борьба в середине таблицы в оставшихся турах чемпионата.
- Да, именно поэтому мы и стремились выиграть этот поединок. Сейчас у команды, наконец-то, пошла игра, точнее – мы регулярно стали пополнять очковую копилку. Глупо было бы этим не воспользоваться и не попытаться подняться как можно выше, хотя речь, наверное, можно вести лишь о пятерке сильнейших команд, к лидирующей группе крайне сложно подобраться. Впрочем, как известно, для человека нет ничего невозможного. Хотя если рассматривать именно матч с «Торпедо», то нам в нем откровенно повезло. Если учитывать расстановку сил, ход самого поединка, то счет, конечно, объективно не отражает все происходящее на поле. Просто фортуна была на нашей стороне. Ну и погода, спасибо, «подсобила»: в таких условиях нам, я думаю, было гораздо легче играть, чем футболистам соперника.
- Признайтесь, рассчитывали немножко на помощь матушки-природы? Как вообще готовились к поединку с автозаводцами?
- Футбол – это такой вид спорта, что никогда нельзя ничего предугадать. Готовишься к определенной ситуации, изучаешь соперника, ждешь от него на поле одних действий, а получается все наоборот. Всегда лучше играть, что называется, в «свою игру», чем подстраиваться под кого-то. Так и с погодой: ну как можно было готовиться к матчу, учитывая метеопрогноз? Пойдет дождь, не пойдет – так нельзя.
- Капитанская повязка, которая с июля красуется у вас на рукаве, оказывает какое-то влияние на вашу собственную игру?
- Естественно. Теперь я ответственен не только за свое выступление, но и за игру всей команды и за результат, который она показывает. У меня из лексикона уже почти исчезло местоимение «я», слова «хочу» или «не хочу», теперь только «мы» и «должен». Я должен подсказывать партнерам, должен помогать им, должен подбадривать, успокаивать, сплачивать, чтобы мы были не каждый сам по себе, а Команда с большой буквы – словом, делать все, что нужно для достижения цели. Не знаю, получается у меня или нет, об этом лучше спросить у самих ребят, но думаю, что если есть результат, значит, и я неплохо справляюсь со своими обязанностями. Хотя я и до появления капитанской повязки на рукаве многое старался делать из всего того, что перечислил. Все-таки и возраст у меня такой, что я должен делиться опытом с молодыми, подсказывать, да и позиция у меня на поле в принципе обязывает активно участвовать в игровом процессе. Теперь же просто появилась двойная моральная нагрузка: на меня ведь уже смотрят как на капитана, ждут в трудных случаях, что я помогу, хотя я ведь не капитан, я только замещаю Димку Васильева на время его болезни.
- У «Шинника» сейчас начались две отличные серии – беспроигрышная и победная. Конечно, всем болельщикам хочется, чтобы они продолжались как можно дольше. Что для этого нужно?
- Не сбавлять оборотов. Не тормозить на пути, но при этом еще и прибавить во всех игровых компонентах. Нас ждет очень трудный сентябрь: мы играем два подряд матча на выезде с серьезными соперниками, а потом дома принимаем питерский «Зенит». Команду ждет напряженный календарный отрезок, сложный и, Дай Бог, нам продлить хотя бы беспроигрышную серию. Мы, во всяком случае, будем стараться. Это я, как капитан, обещаю.
- Как вы думаете, перерыв, который сейчас наступает в чемпионате России, связанный с началом отборочного цикла к чемпионату мира-2006, пойдет «Шиннику» на пользу, или, наоборот, повредит, сорвет тот самый темп, с каким ярославцы начали штамповать победы в последних турах?
- Сегодня любые мои слова будут только догадками. Можно лишь предполагать, а на все вопросы ответит чемпионат, когда он возобновится. Сейчас многие футболисты «Шинника», в том числе и я, разъедутся по сборным, и с каким настроением, в каком физическом состоянии все вернутся, никто не знает. А ведь это тоже имеет определенное значение. Но, будем надеяться, что все будет в порядке! Ребята, наконец-то, раскрепостились, почувствовали вкус побед и, естественно, приложат все силы, чтобы одерживать их снова и снова.
Впрочем, от слов он довольно быстро перешел и к делу. А как же иначе? Капитан должен живым примером подстегивать партнеров на борьбу и поднимать их командный дух, что Штанюк, собственно, и продемонстрировал в последних матчах «Шинника», отличившись дважды подряд: в гостевом поединке против «Ротора» и дома в игре с «Торпедо». Согласитесь, для защитника показатель весьма приличный. Но мало кто знает, какой ценой дались футболисту эти мячи, особенно второй, забитый столичным автозаводцам. Неделю назад, как раз в день волгоградского матча у Сергея Штанюка умер отец. И мы, искренние соболезнуя, восхищаемся мужеством игрока, сумевшего через несколько дней после постигшего его несчастья не просто выйти на поле, но и стать одним из творцов столь важной для «Шинника» победы.
- Сергей, примите наши искренние соболезнования.
- Спасибо. Что ж, такова жизнь: у каждого порой случается горе. Дай Бог, чтобы у всех нас его было поменьше.
- Простите, за бестактный, может быть, вопрос, но не было ли у вас желания взять выходной и пропустить встречу с «Торпедо». Руководство клуба и тренерский штаб, уверена, пошли бы вам навстречу.
- Думаю, мне действительно пошли бы навстречу, но я посчитал, что смогу выйти на поле и сыграть ради всех тех, кто придет в этот день на стадион, ради всех, кто болеет за «Шинник» и за меня. И в том числе ради своего отца. Из Волгограда я поехал домой, но оттуда позвонил главному тренеру, и сказал, чтобы на меня обязательно рассчитывали в субботу в игре с «Торпедо».
- Вы забиваете уже в двух матчах подряд, что для защитника, тем более - центрального, а не флангового, в принципе явление редкое. Подобное «голеадорство» случилось в вашей карьере впервые?
- Нет. Я как раз, когда выходил из раздевалки после игры с «Торпедо», об этом думал. Вспомнил, что в свой последний сезон в Англии тоже забивал дважды подряд. А вот раньше, ни в белорусском, ни в российском чемпионатах, сделать такое не получалось.
- Какой из этих двух мячей стал самым важным для вас?
- Я думаю, что для нашей команды были важны оба гола. Сейчас, когда нам только-только удалось выправить свое турнирное положение, вдобавок - укрепить психологию, каждый мяч на особенном счету. Кто бы его ни забил. Но если говорить конкретно обо мне, то для меня важным стал гол «Торпедо»: это был первый поединок, когда я вышел на поле после смерти отца, и, думаю, что Бог мне помог отличиться в этот день.
- Игра с московским «Торпедо» в целом была в какой-то степени переломной для «Шинника»: победа – есть шансы и возможность дальше продолжать турнирное шествие, поражение – вязкая борьба в середине таблицы в оставшихся турах чемпионата.
- Да, именно поэтому мы и стремились выиграть этот поединок. Сейчас у команды, наконец-то, пошла игра, точнее – мы регулярно стали пополнять очковую копилку. Глупо было бы этим не воспользоваться и не попытаться подняться как можно выше, хотя речь, наверное, можно вести лишь о пятерке сильнейших команд, к лидирующей группе крайне сложно подобраться. Впрочем, как известно, для человека нет ничего невозможного. Хотя если рассматривать именно матч с «Торпедо», то нам в нем откровенно повезло. Если учитывать расстановку сил, ход самого поединка, то счет, конечно, объективно не отражает все происходящее на поле. Просто фортуна была на нашей стороне. Ну и погода, спасибо, «подсобила»: в таких условиях нам, я думаю, было гораздо легче играть, чем футболистам соперника.
- Признайтесь, рассчитывали немножко на помощь матушки-природы? Как вообще готовились к поединку с автозаводцами?
- Футбол – это такой вид спорта, что никогда нельзя ничего предугадать. Готовишься к определенной ситуации, изучаешь соперника, ждешь от него на поле одних действий, а получается все наоборот. Всегда лучше играть, что называется, в «свою игру», чем подстраиваться под кого-то. Так и с погодой: ну как можно было готовиться к матчу, учитывая метеопрогноз? Пойдет дождь, не пойдет – так нельзя.
- Капитанская повязка, которая с июля красуется у вас на рукаве, оказывает какое-то влияние на вашу собственную игру?
- Естественно. Теперь я ответственен не только за свое выступление, но и за игру всей команды и за результат, который она показывает. У меня из лексикона уже почти исчезло местоимение «я», слова «хочу» или «не хочу», теперь только «мы» и «должен». Я должен подсказывать партнерам, должен помогать им, должен подбадривать, успокаивать, сплачивать, чтобы мы были не каждый сам по себе, а Команда с большой буквы – словом, делать все, что нужно для достижения цели. Не знаю, получается у меня или нет, об этом лучше спросить у самих ребят, но думаю, что если есть результат, значит, и я неплохо справляюсь со своими обязанностями. Хотя я и до появления капитанской повязки на рукаве многое старался делать из всего того, что перечислил. Все-таки и возраст у меня такой, что я должен делиться опытом с молодыми, подсказывать, да и позиция у меня на поле в принципе обязывает активно участвовать в игровом процессе. Теперь же просто появилась двойная моральная нагрузка: на меня ведь уже смотрят как на капитана, ждут в трудных случаях, что я помогу, хотя я ведь не капитан, я только замещаю Димку Васильева на время его болезни.
- У «Шинника» сейчас начались две отличные серии – беспроигрышная и победная. Конечно, всем болельщикам хочется, чтобы они продолжались как можно дольше. Что для этого нужно?
- Не сбавлять оборотов. Не тормозить на пути, но при этом еще и прибавить во всех игровых компонентах. Нас ждет очень трудный сентябрь: мы играем два подряд матча на выезде с серьезными соперниками, а потом дома принимаем питерский «Зенит». Команду ждет напряженный календарный отрезок, сложный и, Дай Бог, нам продлить хотя бы беспроигрышную серию. Мы, во всяком случае, будем стараться. Это я, как капитан, обещаю.
- Как вы думаете, перерыв, который сейчас наступает в чемпионате России, связанный с началом отборочного цикла к чемпионату мира-2006, пойдет «Шиннику» на пользу, или, наоборот, повредит, сорвет тот самый темп, с каким ярославцы начали штамповать победы в последних турах?
- Сегодня любые мои слова будут только догадками. Можно лишь предполагать, а на все вопросы ответит чемпионат, когда он возобновится. Сейчас многие футболисты «Шинника», в том числе и я, разъедутся по сборным, и с каким настроением, в каком физическом состоянии все вернутся, никто не знает. А ведь это тоже имеет определенное значение. Но, будем надеяться, что все будет в порядке! Ребята, наконец-то, раскрепостились, почувствовали вкус побед и, естественно, приложат все силы, чтобы одерживать их снова и снова.
вызван в национальную сборную Казахстана, которая начала подготовку к матчу отборочного цикла чемпионата мира - 2006 года с командой Украины.
к предстоящим соответственно 4 и 8 сентября отборочным матчам ЧМ-2006 с командами Португалии и Люксембурга. Александр Старков пригласил на сбор 23 футболиста. В их числе и полузащитник ярославского «Шинника» Андрей Рубин.
(Ярославль) - "Торпедо" (Москва) - 3:1 (1:1)
Голы: Штанюк, 22 (1:0). Лебеденко, 29 (1:1). Хазов, 81 (2:1). Кульчий, 90 (3:1).
Голы: Штанюк, 22 (1:0). Лебеденко, 29 (1:1). Хазов, 81 (2:1). Кульчий, 90 (3:1).
Футбол советских времен был многообразен тактически и окрашен национальным колоритом. Быстрые и техничные грузины, неспешные работяги-литовцы, артистичные армяне, творцы «мелких кружев» из московского «Спартака» и мастера изысканной тактики – белорусы. Но когда речь шла об украинцах, эпитетов не хватало. Для описания их игры подходила фраза из фильма «Кавказская пленница» о том, что «Кавказ (то бишь Украина) – это и кузница, и житница, и здравница».
Какая еще республика могла выставить в чемпионат Союза четыре-пять равноценных команд, каждая из которых была в состоянии обыграть кого угодно? Естественно, что при распаде Союза звание самой футбольной страны по праву досталось Украине. И любой игрок из лидирующих украинских команд на постсоветском пространстве приобретается исключительно для принципиального изменения к лучшему. Не стал исключением и Михаил Старостяк – футболист, приобретенный «Шинником» во время перерыва в чемпионате.
Сегодня трудно даже представить, как играл «Шинник» без мобильного, техничного и ответственного правого защитника. А вот знали мы о Михаиле немного – только анкетные данные. Исправить этот пробел удалось в тот день, когда футболист въехал в новую квартиру. То есть принялся обустраиваться в Ярославле всерьез и надолго. Заодно «Северный край» поздравил его с новосельем.
– Михаил, ты настолько профессионально играешь, что футбол как вид спорта, наверное, не имел конкуренции для тебя с самых ранних лет...
– Не с самых ранних. Но действительно, заниматься всерьез я начал именно футболом. После того как команда из нашей школы заняла в областных соревнованиях «Кожаный мяч» второе место. Для небольшого поселка Грусятычи Львовской области это был успех. После той победы я стал смотреть на футбол уже с профессиональной точки зрения. И, отучившись восемь классов, поступил в Ивано-Франковский республиканский техникум физической культуры на специализацию «футбол». Почти три года там учился.
– И прямо оттуда попал в «Шахтер»?
– Нет, еще в переходной лиге играл за тернопольскую «Ниву». Вышел из первой лиги в высшую в составе ивано-франковской команды «Прикарпатье». Потом по совету моего тренера Степана Рыбака, который тренировал меня в «Бережанах», отправился в «Шахтер», который тогда принял Игорь Николаевич Юрченко. И на просмотре я ему понравился...
– То есть ты полностью сформировался как футболист именно в украинском чемпионате – союзного уже не застал?
– Да.
– Здесь в России мы видим по большей части только «Динамо» (Киев) и временами «Шахтер». Поэтому многие весьма слабо представляют, что такое современный украинский футбол. В целом и изнутри... К примеру, все ли команды по-прежнему исповедуют стиль Валерия Васильевича Лобановского?
– Чем дальше на восток, тем эта школа представлена в более «чистом» виде. На западе, с приходом иностранных тренеров, игровые схемы стали более гибкими, не возбраняются индивидуальные действия футболистов (разумеется, только в рамках игровой дисциплины). Этот процесс, впрочем, продолжается. «Шахтер», к примеру, тоже стал играть в более «западный» футбол, чем раньше, стоило прийти иностранным тренерам. В основе своей базовые принципы игры остались те же, что и при Валерии Васильевиче: мобильность, высокий темп, коллективизм... Соответственно, физически все футболисты готовы очень хорошо.
– Если ты – представитель западного футбола, то, наверное, тебя и приглашали в «Шинник» для усиления игры в линию. – Я считаю, что профессиональный футболист должен уметь играть в любой тактической схеме. – Но игра в линию подразумевает (для защитника – особенно) хорошее знание соперника. По крайней мере – умение предугадать его действия, знание его излюбленных финтов, передвижений... Либеро-то за спиной нет – некому огрехи подчищать. Не сложно было в середине сезона вливаться в новый чемпионат?
– Нет, конечно. Мы же хорошо знаем российский футбол: его постоянно транслируют по спутниковым каналам. И пары просмотренных матчей вполне достаточно для того, чтобы определиться, что представляет собой тот или иной игрок. Да и вся команда в целом. А потом, Олег Васильевич работал на Украине, то есть с моей игрой был хорошо знаком.
– После того, как появился Марио Юрич, твой потенциал не просто увеличился. Он умножился, причем, судя по высказываниям многих специалистов, в несколько раз. Как удалось за несколько дней найти такое взаимопонимание? Может, вы братья?
– Даже не однофамильцы... А потом, тогда уж и с Серегой Гришиным мы братья – у меня неплохие взаимодействия и с ним тоже. Тут дело в другом: пока я притирался к командной игре и осваивался в Ярославле, всего своего потенциала мне показывать не удавалось. А потом, когда «пошло», и появился Марио. Тут скорее совпадение... – Удачное совпадение – как раз с того момента «Шинник» только и знает, что огорчать соперников. А месяц-полтора назад, когда играть было практически некому, ты не испугался? Не было ощущения: куда я попал? И замену-то толком не попросишь... – А зачем защитнику замена, если он свои функции выполняет как нужно? Иногда, бывает, меняют на полузащитника или нападающего – чтобы отыграться. Но бояться защитнику вообще противопоказано. Равно как и уставать. Я нахожусь на поле, чтобы меня нападающие боялись... И чтобы уставали, кстати...
– То есть моральной подавленности ты тогда не ощущал?
– Ну, что-то такое было... Я же, сколько себя помню, играл в украинском чемпионате за победу. А тут – подвал таблицы, при том, что команда по подбору игроков мало кому уступает да и тренер – профессионал из профессионалов. Теперь, кстати, это ощущение зыбкости и шаткости ушло...
– Хорошо, футбол для тебя – профессия. А как реагировала твоя семья на то, что тебе в твои тридцать лет приходится впервые уезжать в другую страну?
– Жена обрадовалась. Она привыкла, что я играю постоянно. А тут получил травму, пока восстанавливался – поменялся тренер... Он меня вообще не видел в игре, поэтому максимум, на что я мог рассчитывать, десять – пятнадцать минут в матче. В общем, что-то нужно было менять.
– У футболиста-профессионала и жена рассуждает профессионально. Она тоже спортсменка? Футбол сыграл какую-то роль в вашей жизни? – Мы познакомились благодаря спорту. Но это был не футбол, а большой теннис. Я люблю поиграть в него, когда свободное время есть. И Наташа тоже предпочитает теннис, хотя спортсменкой ее назвать, конечно, нельзя. Так и познакомились – на корте. Теперь нет проблем в смысле спарринга.
– Если взрослые люди легко меняют место жительства, то для детей это иногда проходит не очень гладко. Особенно когда приходится менять страну. – Нашей дочке Марии-Луизе всего два с половиной годика – для нее главное, чтобы мама и папа были рядом. Сейчас, когда квартиру я нашел, вопросы их переезда переместились исключительно в практическую область. Думаю, месяца через два они точно сюда переедут. У нас есть еще старший сын Филипп одиннадцати лет – он останется на родине под присмотром дедушек и бабушек. Но когда чемпионат идет по схеме весна – осень, зима проходит, как правило, с семьей.
– Как она проходит, понятно. А вот где?
– Лучше всего уехать куда-нибудь в теплые страны. И это не потому, что у футболистов деньги некуда девать, а просто – требование профессии. Когда сезон идет с таким напряжением, жизненно необходимо месяц отмокнуть в теплом море и вволю поесть фруктов. Иначе следующий сезон тогда можно не начать...
– Между играми тоже приходится отдыхать. Ярославль в этом смысле тебя устраивает? Допустим, как тебе здесь живется без украинской кухни?
– Читать люблю. Причем жанр и объем не имеет значения. Это касается и фильмов – благо сегодня в России доступно практически все, что имеется на мировом кинорынке. Что же касается кухни, то человек я кочевой и в еде неприхотливый. И потом, помимо украинской кухни есть еще, например, и японская, к которой я давно пристрастился. Здесь есть неплохой японский ресторан. Не хуже, чем в Донецке.
– Есть ли надежда, что ты останешься в Ярославле на все три года, как подразумевает твой контракт?
– Сначала нужно подтянуть команду вплотную к лидерам. Это о футбольной части вопроса. Что же касается быта, то тут все проще: Ярославль – хороший город. Я доволен, что оказался здесь.
Какая еще республика могла выставить в чемпионат Союза четыре-пять равноценных команд, каждая из которых была в состоянии обыграть кого угодно? Естественно, что при распаде Союза звание самой футбольной страны по праву досталось Украине. И любой игрок из лидирующих украинских команд на постсоветском пространстве приобретается исключительно для принципиального изменения к лучшему. Не стал исключением и Михаил Старостяк – футболист, приобретенный «Шинником» во время перерыва в чемпионате.
Сегодня трудно даже представить, как играл «Шинник» без мобильного, техничного и ответственного правого защитника. А вот знали мы о Михаиле немного – только анкетные данные. Исправить этот пробел удалось в тот день, когда футболист въехал в новую квартиру. То есть принялся обустраиваться в Ярославле всерьез и надолго. Заодно «Северный край» поздравил его с новосельем.
– Михаил, ты настолько профессионально играешь, что футбол как вид спорта, наверное, не имел конкуренции для тебя с самых ранних лет...
– Не с самых ранних. Но действительно, заниматься всерьез я начал именно футболом. После того как команда из нашей школы заняла в областных соревнованиях «Кожаный мяч» второе место. Для небольшого поселка Грусятычи Львовской области это был успех. После той победы я стал смотреть на футбол уже с профессиональной точки зрения. И, отучившись восемь классов, поступил в Ивано-Франковский республиканский техникум физической культуры на специализацию «футбол». Почти три года там учился.
– И прямо оттуда попал в «Шахтер»?
– Нет, еще в переходной лиге играл за тернопольскую «Ниву». Вышел из первой лиги в высшую в составе ивано-франковской команды «Прикарпатье». Потом по совету моего тренера Степана Рыбака, который тренировал меня в «Бережанах», отправился в «Шахтер», который тогда принял Игорь Николаевич Юрченко. И на просмотре я ему понравился...
– То есть ты полностью сформировался как футболист именно в украинском чемпионате – союзного уже не застал?
– Да.
– Здесь в России мы видим по большей части только «Динамо» (Киев) и временами «Шахтер». Поэтому многие весьма слабо представляют, что такое современный украинский футбол. В целом и изнутри... К примеру, все ли команды по-прежнему исповедуют стиль Валерия Васильевича Лобановского?
– Чем дальше на восток, тем эта школа представлена в более «чистом» виде. На западе, с приходом иностранных тренеров, игровые схемы стали более гибкими, не возбраняются индивидуальные действия футболистов (разумеется, только в рамках игровой дисциплины). Этот процесс, впрочем, продолжается. «Шахтер», к примеру, тоже стал играть в более «западный» футбол, чем раньше, стоило прийти иностранным тренерам. В основе своей базовые принципы игры остались те же, что и при Валерии Васильевиче: мобильность, высокий темп, коллективизм... Соответственно, физически все футболисты готовы очень хорошо.
– Если ты – представитель западного футбола, то, наверное, тебя и приглашали в «Шинник» для усиления игры в линию. – Я считаю, что профессиональный футболист должен уметь играть в любой тактической схеме. – Но игра в линию подразумевает (для защитника – особенно) хорошее знание соперника. По крайней мере – умение предугадать его действия, знание его излюбленных финтов, передвижений... Либеро-то за спиной нет – некому огрехи подчищать. Не сложно было в середине сезона вливаться в новый чемпионат?
– Нет, конечно. Мы же хорошо знаем российский футбол: его постоянно транслируют по спутниковым каналам. И пары просмотренных матчей вполне достаточно для того, чтобы определиться, что представляет собой тот или иной игрок. Да и вся команда в целом. А потом, Олег Васильевич работал на Украине, то есть с моей игрой был хорошо знаком.
– После того, как появился Марио Юрич, твой потенциал не просто увеличился. Он умножился, причем, судя по высказываниям многих специалистов, в несколько раз. Как удалось за несколько дней найти такое взаимопонимание? Может, вы братья?
– Даже не однофамильцы... А потом, тогда уж и с Серегой Гришиным мы братья – у меня неплохие взаимодействия и с ним тоже. Тут дело в другом: пока я притирался к командной игре и осваивался в Ярославле, всего своего потенциала мне показывать не удавалось. А потом, когда «пошло», и появился Марио. Тут скорее совпадение... – Удачное совпадение – как раз с того момента «Шинник» только и знает, что огорчать соперников. А месяц-полтора назад, когда играть было практически некому, ты не испугался? Не было ощущения: куда я попал? И замену-то толком не попросишь... – А зачем защитнику замена, если он свои функции выполняет как нужно? Иногда, бывает, меняют на полузащитника или нападающего – чтобы отыграться. Но бояться защитнику вообще противопоказано. Равно как и уставать. Я нахожусь на поле, чтобы меня нападающие боялись... И чтобы уставали, кстати...
– То есть моральной подавленности ты тогда не ощущал?
– Ну, что-то такое было... Я же, сколько себя помню, играл в украинском чемпионате за победу. А тут – подвал таблицы, при том, что команда по подбору игроков мало кому уступает да и тренер – профессионал из профессионалов. Теперь, кстати, это ощущение зыбкости и шаткости ушло...
– Хорошо, футбол для тебя – профессия. А как реагировала твоя семья на то, что тебе в твои тридцать лет приходится впервые уезжать в другую страну?
– Жена обрадовалась. Она привыкла, что я играю постоянно. А тут получил травму, пока восстанавливался – поменялся тренер... Он меня вообще не видел в игре, поэтому максимум, на что я мог рассчитывать, десять – пятнадцать минут в матче. В общем, что-то нужно было менять.
– У футболиста-профессионала и жена рассуждает профессионально. Она тоже спортсменка? Футбол сыграл какую-то роль в вашей жизни? – Мы познакомились благодаря спорту. Но это был не футбол, а большой теннис. Я люблю поиграть в него, когда свободное время есть. И Наташа тоже предпочитает теннис, хотя спортсменкой ее назвать, конечно, нельзя. Так и познакомились – на корте. Теперь нет проблем в смысле спарринга.
– Если взрослые люди легко меняют место жительства, то для детей это иногда проходит не очень гладко. Особенно когда приходится менять страну. – Нашей дочке Марии-Луизе всего два с половиной годика – для нее главное, чтобы мама и папа были рядом. Сейчас, когда квартиру я нашел, вопросы их переезда переместились исключительно в практическую область. Думаю, месяца через два они точно сюда переедут. У нас есть еще старший сын Филипп одиннадцати лет – он останется на родине под присмотром дедушек и бабушек. Но когда чемпионат идет по схеме весна – осень, зима проходит, как правило, с семьей.
– Как она проходит, понятно. А вот где?
– Лучше всего уехать куда-нибудь в теплые страны. И это не потому, что у футболистов деньги некуда девать, а просто – требование профессии. Когда сезон идет с таким напряжением, жизненно необходимо месяц отмокнуть в теплом море и вволю поесть фруктов. Иначе следующий сезон тогда можно не начать...
– Между играми тоже приходится отдыхать. Ярославль в этом смысле тебя устраивает? Допустим, как тебе здесь живется без украинской кухни?
– Читать люблю. Причем жанр и объем не имеет значения. Это касается и фильмов – благо сегодня в России доступно практически все, что имеется на мировом кинорынке. Что же касается кухни, то человек я кочевой и в еде неприхотливый. И потом, помимо украинской кухни есть еще, например, и японская, к которой я давно пристрастился. Здесь есть неплохой японский ресторан. Не хуже, чем в Донецке.
– Есть ли надежда, что ты останешься в Ярославле на все три года, как подразумевает твой контракт?
– Сначала нужно подтянуть команду вплотную к лидерам. Это о футбольной части вопроса. Что же касается быта, то тут все проще: Ярославль – хороший город. Я доволен, что оказался здесь.
(Волгоград) - "Шинник" (Ярославль) - 0:2 (0:2)
Голы: Ширко, 22 (0:1). Штанюк, 41 (0:2).
Голы: Ширко, 22 (0:1). Штанюк, 41 (0:2).
на сбор национальной команды Боснии и Герцеговины. 8 сентября она проведет на своем поле первый матч отборочного турнира чемпионата мира 2006 года против сборной Испании.
В домашнем матче против столичных армейцев украинский легионер «Шинника» Михаил Старостяк заработал уже третью по счету желтую карточку. Для футболиста, появившегося в команде только в июле – показатель, конечно, немаленький. С одной стороны – это свидетельство жесткого, иногда даже грубоватого, стиля игры защитника, но сам Михаил находит данному факту и другое объяснение.
- Российские арбитры пока что судят меня построже, видимо, потому, что еще не знают, как я обычно действую на поле, - говорит Старостяк - В подобных ситуациях, в каких предупреждают меня, я заметил, некоторым футболистам других команд карточки вообще не показывают.
- На Украине судили мягче?
- В украинском чемпионате у меня было 6 – максимум 7 карточек в сезоне. Даже 8 никогда не было, потому что тогда пришлось бы пропускать две встречи. А на такое количество матчей я по данной причине из состава не выпадал. Просто там давно уже все привыкли к моей манере игры, за столько лет изучили мои привычки, мой характер: на поле я становлюсь жестким, непримиримым. На Украине я иногда мог позволить себе даже прикрикнуть на судью, это мне ничем не грозило. Главное – не переходить границы дозволенного. А в России я однажды только попытался что-то сказать – уже, гляжу, арбитр потянулся за карточкой.
- Тем не менее, репутация «грубого защитника» прочно закрепилась за вами и в украинском чемпионате. Просматривая прессу за прошлые годы, можно было неоднократно нарваться на рассказы о вашей несдержанности: то после финального свистка «въехали» ногами в соперника, то со злости запустили мяч в ложу для почетных гостей…
- Понял, о какой истории вы напомнили, - улыбается Старостяк. – Только на самом деле это был обыкновенный эпизод, из которого журналисты просто раздули скандал. «Шахтер» тогда долгое время шел вообще без поражений, а затем прервал свою серию, уступив в Кубке УЕФА. И нам бы скорей забыть об этом, а мы взяли и опять проиграли в чемпионате, да еще и команде, которую значительно превосходили по уровню – «Волыни». Было так обидно, что после финального свистка, я со злости ударил по мячу. Я даже не трибуну-то не хотел попасть, и уж тем более знать – не знал, что именно в том направлении находится ложа VIP-персон. А в СМИ потом расписали, что я такой-сякой, специально туда метил. Меня даже дисквалифицировали за это на одну игру.
- Вы всегда так болезненно переживаете поражения, или это был единичный случай?
- Наверное, всегда. Если в игре что-то не ладится, то эмоции просто перехлестывают. Думаю, во многом причиной такого отношения было и то, что «Шахтер» в последние годы все-таки не часто проигрывал, и поэтому каждое поражение воспринималось как трагедия. Тем более в команде нас всегда настраивали так, что даже ничья – рассматривалась как катастрофа. Я знаю, например, что в некоторых футбольных клубах и за ничьи платят премиальные, но для «Шахтера» подобное недопустимо.
- Возвращаясь к нарушениям. Признайтесь, а все-таки случалось такое, когда вы действительно со злости позволяли себе грубость в отношении соперника?
- Не хочется об этом вспоминать, но скажу честно – бывало. Сейчас мне очень стыдно за такое свое поведение.
- Расскажите хотя бы, когда это было: в молодости, или уже в зрелом футбольном возрасте?
- В разные времена, но в молодости, конечно, чаще. С возрастом приходит опыт и уходит импульсивность. Стараешься быть более сдержанным: во-первых, не хочешь подвести команду, во-вторых, больше думаешь о зрителях, которые хотят видеть «чистый», красивый футбол.
- В свое время за излишнюю жесткость вас даже прозвали Топором…
- Да, эту кличку мне придумал мой друг (смеется). Как-то на тренировке я сильно «въехал» в своего же партнера, и он мне сказал: «Ну, ты прямо как Топор «вырезал»!» Она ко мне надолго прилепилась, на Украине меня так и называли: и одноклубники, и соперники, и в шутку, и всерьез.
- До России еще не добралась?
- Во всяком случае, в Ярославле о ней уже узнали. Наверное, не без помощи Шевчука (улыбается).
Футболист - самоучка
- За «Шахтер» вы выступали 9 лет – практически всю профессиональную игровую карьеру. Что же побудило покинуть родной клуб?
- С приходом нового тренера в «Шахтере» начались большие изменения. Кроме того, когда я травмировался и на два месяца выбыл из строя, то, вернувшись, при новом наставнике мне не нашлось места в основе, и я сидел на лавке. А мне безумно хотелось играть! Я сейчас как раз в таком возрасте, что уже не могу и не хочу тратить время на скамейку запасных. Это в 19 лет можно пропустить три-пять месяцев, сидеть и ждать своего часа.
- Как появился вариант с «Шинником»?
- Его нашел мой агент. Он хорошо знаком с Олегом Долматовым, и они довольно быстро решили все вопросы. Тем более Олег Васильевич сам неплохо меня знает, когда он тренировал украинскую «Ворсклу», мы играли против его команды, и он видел меня в деле. Были и другие предложения от клубов российской Премьер-лиги, но в материальном плане они мне не подходили.
- Не побаивались в столь серьезном по футбольным меркам возрасте ехать в незнакомый чемпионат?
- Нет. Наоборот, мне было интересно попробовать себя в новых условиях, посмотреть, чего я стою, доказать всем и самому себе, что я не игрок одного чемпионата.
- В вашей «трудовой книжке» вообще крайне мало записей: до «Шахтера» было всего две команды. Вы вообще не склонны к перемене мест или просто вас все устраивало в одном из ведущих украинских клубов?
- В «Шахтере» меня все устраивало: и в финансовом плане, и в бытовых условиях, к тому же я всегда играл в основе. Чего еще было желать? Я никуда и не рвался.
- А пополнить ряды главного конкурента – киевского «Динамо» - не приглашали?
- Приглашали. Когда я только-только перешел в «Шахтер», отыграл в нем один сезон, получил вызов в сборную Украины, президент «Динамо» сделал мне предложение перейти в его клуб.
- Вы отказались. Не боялись, что двери в национальную команду захлопнутся перед вами?
- Нет. Раньше, может быть, так и было: отказался переходить в «Динамо» - в сборную дорога закрыта, но в последние годы все изменилось. Главное, чтобы ты показывал достойную игру, и неважно, в каком клубе ты при этом выступаешь.
- За ваш почти десятилетний «шахтерский» период в команде сменилось много наставников. С кем вам работалось легче всего?
- Тренеры менялись почти каждый год, и каждый из них был весьма интересной личностью. Мне легко работалось с Прокопенко, с Бышовцем у нас были отличные отношения: когда он пришел, я некоторое время не выступал, но он доверил мне место в составе, за что я был ему очень благодарен. Из всех иностранцев, работавших в «Шахтере» самое сильное впечатление оставил Скала: выдающийся тренер и замечательный человек, жаль, что у него не все сейчас ладится в «Спартаке».
- А в целом, если рассматривать вашу карьеру с самого детства, был ли в ней человек, оказавший самое серьезное влияние на ваше становление как футболиста?
- Мой отец. Он не имеет никакого отношения к профессиональному спорту, но он всегда поддерживал все мои начинания. Мама, понятное дело, была против, говорила, что мне надо учится, закончить школу, поступить в институт, а не гонять попусту по двору мяч.
- В свое время защитник «Шинника» Шевчук рассказывал, как тяжело пробиться в большой футбол из маленького украинского города Луцка. Вы же вообще родились и выросли в деревне, где о футбольном образовании можно было только мечтать. Как удалось совершить такой путь до профессионального спортсмена, игрока национальной сборной?
- Было бы, как говорится, желание! Нужно задать себе цель и идти к ней, не взирая на преграды. Я ведь не заканчивал никакой детской футбольной школы, у нас ее просто не было. Так что я можно сказать - футболист-самоучка. До 16 лет футбольное образование получал на улице, гонял с друзьями мяч деревня на деревню, а в 17 лет пошел учиться в ивано-франковский республиканский техникум на учителя физкультуры. Там у меня и появился первый тренер: наш преподаватель по совместительству и был наставником команды.
- Среди ваших однокурсников много было таких, кто, как и вы, не заканчивал никаких футбольных ДЮСШ?
- Таких практически не было: еще один или два человека.
- И как вы смотрелись на их фоне?
- Как это ни странно, очень хорошо (улыбается). Тренеру я сразу понравился, и едва я только поступил в техникум, он сразу определил меня в состав команды. Кстати, из тех, кто учился со мной в группе, еще только один футболист вышел на серьезный профессиональный уровень: Роман Максимюк, экс-игрок питерского «Зенита». Получая образование, я к тому же играл за областную команду на различных соревнованиях. А потом тренер этой самой команды принял украинский клуб «Бережаны», который выступал в то время в переходной лиге. Год я отыграл под его руководством, а когда он уходил, то посоветовал тренеру «Прикарпатья» обратить на меня внимание. Еще год я провел в первой лиге, причем в первом же сезоне мы вышли в высший дивизион, и уже вскоре меня пригласили в Донецк, куда я, не раздумывая, и отправился.
- И откуда уехали, спустя 10 лет, перейдя в ярославский «Шинник». Когда велись переговоры между клубами, Виктор Прокопенко, являющийся спортивным директором «Шахтера», заявил в СМИ, что вы никуда не уйдете из команды. Это был тактический ход или его собственное заблуждение?
- Обычно, когда у меня заканчивался контракт, руководство «Шахтера» переподписывало со мной новый, а в этот раз, за несколько дней до окончания действующего соглашения, никто никаких новых контрактов мне не предлагал. А я и сам уже за полгода до этого для себя решил, что, наверное, поменяю клуб. Все так совпало, и я подумал, что это знак свыше. А когда Прокопенко заговорил-таки о контракте, мне пришлось сказать: «Извините, я уже перешел в другую команду». Но на меня никто не обиделся: я столько времени и сил отдал «Шахтеру», что все прекрасно понимали мое решение самому заниматься своей дальнейшей карьерой.
- У Шевчука, с которым вы вместе играли в свое время в «Шахтере», интересовались условиями в «Шиннике»?
- Не без этого. Я с ним созванивался, расспрашивал, как город, как команда.
- И что он ответил?
- «Не сильно плохо!» (улыбается).
- Пока вы приехали один, без супруги. Собираетесь привозить семью в Ярославль?
- Да, в следующем году, я думаю, родные переедут ко мне. Еще, надеюсь, что они соберутся навестить меня в сентябре.
- Они - это…
- Жена и дочь. Старший сын супруги, скорей всего, останется на Украине, он уже учится в школе, было бы неправильно его дергать в начале учебного года.
- Пока, в отсутствие близких, чем вы заполняете свое свободное время?
- Гуляю по городу. Кроме того, я только сейчас снял квартиру, переехал и пытаюсь ее как-то благоустроить к приезду семьи, а раньше почти все время находился на базе.
- А дома, на Украине были какие-то занимательные увлечения или хобби?
- Почему были? И есть. В последние годы я в буквальном смысле «подсел» на коллекционирование пивных бокалов. Где бы я ни был, отовсюду стараюсь их привезти. Все началось с подарка от представителей словацкой сборной, с которой мы играли: каждому футболисту преподнесли красивый пивной бокал.
- Самый интересный экземпляр из них?
- Я приобрел его в Германии. Он такой тяжелый, что у меня чуть руки не отвалились везти его домой (улыбается).
- У друзей теперь, наверное, не возникает вопроса по поводу, что вам подарить?
- Наверное, нет. Они постоянно пополняют мою коллекцию. По поводу и без повода.
- А все экземпляры применялись по назначению?
- Сам я стараюсь пивом не злоупотреблять, но тем, кто приходит в гости, всегда предлагаю использовать понравившийся бокал. Так что можно сказать: друзьями опробованы все!
- Российские арбитры пока что судят меня построже, видимо, потому, что еще не знают, как я обычно действую на поле, - говорит Старостяк - В подобных ситуациях, в каких предупреждают меня, я заметил, некоторым футболистам других команд карточки вообще не показывают.
- На Украине судили мягче?
- В украинском чемпионате у меня было 6 – максимум 7 карточек в сезоне. Даже 8 никогда не было, потому что тогда пришлось бы пропускать две встречи. А на такое количество матчей я по данной причине из состава не выпадал. Просто там давно уже все привыкли к моей манере игры, за столько лет изучили мои привычки, мой характер: на поле я становлюсь жестким, непримиримым. На Украине я иногда мог позволить себе даже прикрикнуть на судью, это мне ничем не грозило. Главное – не переходить границы дозволенного. А в России я однажды только попытался что-то сказать – уже, гляжу, арбитр потянулся за карточкой.
- Тем не менее, репутация «грубого защитника» прочно закрепилась за вами и в украинском чемпионате. Просматривая прессу за прошлые годы, можно было неоднократно нарваться на рассказы о вашей несдержанности: то после финального свистка «въехали» ногами в соперника, то со злости запустили мяч в ложу для почетных гостей…
- Понял, о какой истории вы напомнили, - улыбается Старостяк. – Только на самом деле это был обыкновенный эпизод, из которого журналисты просто раздули скандал. «Шахтер» тогда долгое время шел вообще без поражений, а затем прервал свою серию, уступив в Кубке УЕФА. И нам бы скорей забыть об этом, а мы взяли и опять проиграли в чемпионате, да еще и команде, которую значительно превосходили по уровню – «Волыни». Было так обидно, что после финального свистка, я со злости ударил по мячу. Я даже не трибуну-то не хотел попасть, и уж тем более знать – не знал, что именно в том направлении находится ложа VIP-персон. А в СМИ потом расписали, что я такой-сякой, специально туда метил. Меня даже дисквалифицировали за это на одну игру.
- Вы всегда так болезненно переживаете поражения, или это был единичный случай?
- Наверное, всегда. Если в игре что-то не ладится, то эмоции просто перехлестывают. Думаю, во многом причиной такого отношения было и то, что «Шахтер» в последние годы все-таки не часто проигрывал, и поэтому каждое поражение воспринималось как трагедия. Тем более в команде нас всегда настраивали так, что даже ничья – рассматривалась как катастрофа. Я знаю, например, что в некоторых футбольных клубах и за ничьи платят премиальные, но для «Шахтера» подобное недопустимо.
- Возвращаясь к нарушениям. Признайтесь, а все-таки случалось такое, когда вы действительно со злости позволяли себе грубость в отношении соперника?
- Не хочется об этом вспоминать, но скажу честно – бывало. Сейчас мне очень стыдно за такое свое поведение.
- Расскажите хотя бы, когда это было: в молодости, или уже в зрелом футбольном возрасте?
- В разные времена, но в молодости, конечно, чаще. С возрастом приходит опыт и уходит импульсивность. Стараешься быть более сдержанным: во-первых, не хочешь подвести команду, во-вторых, больше думаешь о зрителях, которые хотят видеть «чистый», красивый футбол.
- В свое время за излишнюю жесткость вас даже прозвали Топором…
- Да, эту кличку мне придумал мой друг (смеется). Как-то на тренировке я сильно «въехал» в своего же партнера, и он мне сказал: «Ну, ты прямо как Топор «вырезал»!» Она ко мне надолго прилепилась, на Украине меня так и называли: и одноклубники, и соперники, и в шутку, и всерьез.
- До России еще не добралась?
- Во всяком случае, в Ярославле о ней уже узнали. Наверное, не без помощи Шевчука (улыбается).
Футболист - самоучка
- За «Шахтер» вы выступали 9 лет – практически всю профессиональную игровую карьеру. Что же побудило покинуть родной клуб?
- С приходом нового тренера в «Шахтере» начались большие изменения. Кроме того, когда я травмировался и на два месяца выбыл из строя, то, вернувшись, при новом наставнике мне не нашлось места в основе, и я сидел на лавке. А мне безумно хотелось играть! Я сейчас как раз в таком возрасте, что уже не могу и не хочу тратить время на скамейку запасных. Это в 19 лет можно пропустить три-пять месяцев, сидеть и ждать своего часа.
- Как появился вариант с «Шинником»?
- Его нашел мой агент. Он хорошо знаком с Олегом Долматовым, и они довольно быстро решили все вопросы. Тем более Олег Васильевич сам неплохо меня знает, когда он тренировал украинскую «Ворсклу», мы играли против его команды, и он видел меня в деле. Были и другие предложения от клубов российской Премьер-лиги, но в материальном плане они мне не подходили.
- Не побаивались в столь серьезном по футбольным меркам возрасте ехать в незнакомый чемпионат?
- Нет. Наоборот, мне было интересно попробовать себя в новых условиях, посмотреть, чего я стою, доказать всем и самому себе, что я не игрок одного чемпионата.
- В вашей «трудовой книжке» вообще крайне мало записей: до «Шахтера» было всего две команды. Вы вообще не склонны к перемене мест или просто вас все устраивало в одном из ведущих украинских клубов?
- В «Шахтере» меня все устраивало: и в финансовом плане, и в бытовых условиях, к тому же я всегда играл в основе. Чего еще было желать? Я никуда и не рвался.
- А пополнить ряды главного конкурента – киевского «Динамо» - не приглашали?
- Приглашали. Когда я только-только перешел в «Шахтер», отыграл в нем один сезон, получил вызов в сборную Украины, президент «Динамо» сделал мне предложение перейти в его клуб.
- Вы отказались. Не боялись, что двери в национальную команду захлопнутся перед вами?
- Нет. Раньше, может быть, так и было: отказался переходить в «Динамо» - в сборную дорога закрыта, но в последние годы все изменилось. Главное, чтобы ты показывал достойную игру, и неважно, в каком клубе ты при этом выступаешь.
- За ваш почти десятилетний «шахтерский» период в команде сменилось много наставников. С кем вам работалось легче всего?
- Тренеры менялись почти каждый год, и каждый из них был весьма интересной личностью. Мне легко работалось с Прокопенко, с Бышовцем у нас были отличные отношения: когда он пришел, я некоторое время не выступал, но он доверил мне место в составе, за что я был ему очень благодарен. Из всех иностранцев, работавших в «Шахтере» самое сильное впечатление оставил Скала: выдающийся тренер и замечательный человек, жаль, что у него не все сейчас ладится в «Спартаке».
- А в целом, если рассматривать вашу карьеру с самого детства, был ли в ней человек, оказавший самое серьезное влияние на ваше становление как футболиста?
- Мой отец. Он не имеет никакого отношения к профессиональному спорту, но он всегда поддерживал все мои начинания. Мама, понятное дело, была против, говорила, что мне надо учится, закончить школу, поступить в институт, а не гонять попусту по двору мяч.
- В свое время защитник «Шинника» Шевчук рассказывал, как тяжело пробиться в большой футбол из маленького украинского города Луцка. Вы же вообще родились и выросли в деревне, где о футбольном образовании можно было только мечтать. Как удалось совершить такой путь до профессионального спортсмена, игрока национальной сборной?
- Было бы, как говорится, желание! Нужно задать себе цель и идти к ней, не взирая на преграды. Я ведь не заканчивал никакой детской футбольной школы, у нас ее просто не было. Так что я можно сказать - футболист-самоучка. До 16 лет футбольное образование получал на улице, гонял с друзьями мяч деревня на деревню, а в 17 лет пошел учиться в ивано-франковский республиканский техникум на учителя физкультуры. Там у меня и появился первый тренер: наш преподаватель по совместительству и был наставником команды.
- Среди ваших однокурсников много было таких, кто, как и вы, не заканчивал никаких футбольных ДЮСШ?
- Таких практически не было: еще один или два человека.
- И как вы смотрелись на их фоне?
- Как это ни странно, очень хорошо (улыбается). Тренеру я сразу понравился, и едва я только поступил в техникум, он сразу определил меня в состав команды. Кстати, из тех, кто учился со мной в группе, еще только один футболист вышел на серьезный профессиональный уровень: Роман Максимюк, экс-игрок питерского «Зенита». Получая образование, я к тому же играл за областную команду на различных соревнованиях. А потом тренер этой самой команды принял украинский клуб «Бережаны», который выступал в то время в переходной лиге. Год я отыграл под его руководством, а когда он уходил, то посоветовал тренеру «Прикарпатья» обратить на меня внимание. Еще год я провел в первой лиге, причем в первом же сезоне мы вышли в высший дивизион, и уже вскоре меня пригласили в Донецк, куда я, не раздумывая, и отправился.
- И откуда уехали, спустя 10 лет, перейдя в ярославский «Шинник». Когда велись переговоры между клубами, Виктор Прокопенко, являющийся спортивным директором «Шахтера», заявил в СМИ, что вы никуда не уйдете из команды. Это был тактический ход или его собственное заблуждение?
- Обычно, когда у меня заканчивался контракт, руководство «Шахтера» переподписывало со мной новый, а в этот раз, за несколько дней до окончания действующего соглашения, никто никаких новых контрактов мне не предлагал. А я и сам уже за полгода до этого для себя решил, что, наверное, поменяю клуб. Все так совпало, и я подумал, что это знак свыше. А когда Прокопенко заговорил-таки о контракте, мне пришлось сказать: «Извините, я уже перешел в другую команду». Но на меня никто не обиделся: я столько времени и сил отдал «Шахтеру», что все прекрасно понимали мое решение самому заниматься своей дальнейшей карьерой.
- У Шевчука, с которым вы вместе играли в свое время в «Шахтере», интересовались условиями в «Шиннике»?
- Не без этого. Я с ним созванивался, расспрашивал, как город, как команда.
- И что он ответил?
- «Не сильно плохо!» (улыбается).
- Пока вы приехали один, без супруги. Собираетесь привозить семью в Ярославль?
- Да, в следующем году, я думаю, родные переедут ко мне. Еще, надеюсь, что они соберутся навестить меня в сентябре.
- Они - это…
- Жена и дочь. Старший сын супруги, скорей всего, останется на Украине, он уже учится в школе, было бы неправильно его дергать в начале учебного года.
- Пока, в отсутствие близких, чем вы заполняете свое свободное время?
- Гуляю по городу. Кроме того, я только сейчас снял квартиру, переехал и пытаюсь ее как-то благоустроить к приезду семьи, а раньше почти все время находился на базе.
- А дома, на Украине были какие-то занимательные увлечения или хобби?
- Почему были? И есть. В последние годы я в буквальном смысле «подсел» на коллекционирование пивных бокалов. Где бы я ни был, отовсюду стараюсь их привезти. Все началось с подарка от представителей словацкой сборной, с которой мы играли: каждому футболисту преподнесли красивый пивной бокал.
- Самый интересный экземпляр из них?
- Я приобрел его в Германии. Он такой тяжелый, что у меня чуть руки не отвалились везти его домой (улыбается).
- У друзей теперь, наверное, не возникает вопроса по поводу, что вам подарить?
- Наверное, нет. Они постоянно пополняют мою коллекцию. По поводу и без повода.
- А все экземпляры применялись по назначению?
- Сам я стараюсь пивом не злоупотреблять, но тем, кто приходит в гости, всегда предлагаю использовать понравившийся бокал. Так что можно сказать: друзьями опробованы все!
