на сбор национальной команды Боснии и Герцеговины. 8 сентября она проведет на своем поле первый матч отборочного турнира чемпионата мира 2006 года против сборной Испании.
Добавить комментарий
Футбол
В домашнем матче против столичных армейцев украинский легионер «Шинника» Михаил Старостяк заработал уже третью по счету желтую карточку. Для футболиста, появившегося в команде только в июле – показатель, конечно, немаленький. С одной стороны – это свидетельство жесткого, иногда даже грубоватого, стиля игры защитника, но сам Михаил находит данному факту и другое объяснение.
- Российские арбитры пока что судят меня построже, видимо, потому, что еще не знают, как я обычно действую на поле, - говорит Старостяк - В подобных ситуациях, в каких предупреждают меня, я заметил, некоторым футболистам других команд карточки вообще не показывают.
- На Украине судили мягче?
- В украинском чемпионате у меня было 6 – максимум 7 карточек в сезоне. Даже 8 никогда не было, потому что тогда пришлось бы пропускать две встречи. А на такое количество матчей я по данной причине из состава не выпадал. Просто там давно уже все привыкли к моей манере игры, за столько лет изучили мои привычки, мой характер: на поле я становлюсь жестким, непримиримым. На Украине я иногда мог позволить себе даже прикрикнуть на судью, это мне ничем не грозило. Главное – не переходить границы дозволенного. А в России я однажды только попытался что-то сказать – уже, гляжу, арбитр потянулся за карточкой.
- Тем не менее, репутация «грубого защитника» прочно закрепилась за вами и в украинском чемпионате. Просматривая прессу за прошлые годы, можно было неоднократно нарваться на рассказы о вашей несдержанности: то после финального свистка «въехали» ногами в соперника, то со злости запустили мяч в ложу для почетных гостей…
- Понял, о какой истории вы напомнили, - улыбается Старостяк. – Только на самом деле это был обыкновенный эпизод, из которого журналисты просто раздули скандал. «Шахтер» тогда долгое время шел вообще без поражений, а затем прервал свою серию, уступив в Кубке УЕФА. И нам бы скорей забыть об этом, а мы взяли и опять проиграли в чемпионате, да еще и команде, которую значительно превосходили по уровню – «Волыни». Было так обидно, что после финального свистка, я со злости ударил по мячу. Я даже не трибуну-то не хотел попасть, и уж тем более знать – не знал, что именно в том направлении находится ложа VIP-персон. А в СМИ потом расписали, что я такой-сякой, специально туда метил. Меня даже дисквалифицировали за это на одну игру.
- Вы всегда так болезненно переживаете поражения, или это был единичный случай?
- Наверное, всегда. Если в игре что-то не ладится, то эмоции просто перехлестывают. Думаю, во многом причиной такого отношения было и то, что «Шахтер» в последние годы все-таки не часто проигрывал, и поэтому каждое поражение воспринималось как трагедия. Тем более в команде нас всегда настраивали так, что даже ничья – рассматривалась как катастрофа. Я знаю, например, что в некоторых футбольных клубах и за ничьи платят премиальные, но для «Шахтера» подобное недопустимо.
- Возвращаясь к нарушениям. Признайтесь, а все-таки случалось такое, когда вы действительно со злости позволяли себе грубость в отношении соперника?
- Не хочется об этом вспоминать, но скажу честно – бывало. Сейчас мне очень стыдно за такое свое поведение.
- Расскажите хотя бы, когда это было: в молодости, или уже в зрелом футбольном возрасте?
- В разные времена, но в молодости, конечно, чаще. С возрастом приходит опыт и уходит импульсивность. Стараешься быть более сдержанным: во-первых, не хочешь подвести команду, во-вторых, больше думаешь о зрителях, которые хотят видеть «чистый», красивый футбол.
- В свое время за излишнюю жесткость вас даже прозвали Топором…
- Да, эту кличку мне придумал мой друг (смеется). Как-то на тренировке я сильно «въехал» в своего же партнера, и он мне сказал: «Ну, ты прямо как Топор «вырезал»!» Она ко мне надолго прилепилась, на Украине меня так и называли: и одноклубники, и соперники, и в шутку, и всерьез.
- До России еще не добралась?
- Во всяком случае, в Ярославле о ней уже узнали. Наверное, не без помощи Шевчука (улыбается).
Футболист - самоучка
- За «Шахтер» вы выступали 9 лет – практически всю профессиональную игровую карьеру. Что же побудило покинуть родной клуб?
- С приходом нового тренера в «Шахтере» начались большие изменения. Кроме того, когда я травмировался и на два месяца выбыл из строя, то, вернувшись, при новом наставнике мне не нашлось места в основе, и я сидел на лавке. А мне безумно хотелось играть! Я сейчас как раз в таком возрасте, что уже не могу и не хочу тратить время на скамейку запасных. Это в 19 лет можно пропустить три-пять месяцев, сидеть и ждать своего часа.
- Как появился вариант с «Шинником»?
- Его нашел мой агент. Он хорошо знаком с Олегом Долматовым, и они довольно быстро решили все вопросы. Тем более Олег Васильевич сам неплохо меня знает, когда он тренировал украинскую «Ворсклу», мы играли против его команды, и он видел меня в деле. Были и другие предложения от клубов российской Премьер-лиги, но в материальном плане они мне не подходили.
- Не побаивались в столь серьезном по футбольным меркам возрасте ехать в незнакомый чемпионат?
- Нет. Наоборот, мне было интересно попробовать себя в новых условиях, посмотреть, чего я стою, доказать всем и самому себе, что я не игрок одного чемпионата.
- В вашей «трудовой книжке» вообще крайне мало записей: до «Шахтера» было всего две команды. Вы вообще не склонны к перемене мест или просто вас все устраивало в одном из ведущих украинских клубов?
- В «Шахтере» меня все устраивало: и в финансовом плане, и в бытовых условиях, к тому же я всегда играл в основе. Чего еще было желать? Я никуда и не рвался.
- А пополнить ряды главного конкурента – киевского «Динамо» - не приглашали?
- Приглашали. Когда я только-только перешел в «Шахтер», отыграл в нем один сезон, получил вызов в сборную Украины, президент «Динамо» сделал мне предложение перейти в его клуб.
- Вы отказались. Не боялись, что двери в национальную команду захлопнутся перед вами?
- Нет. Раньше, может быть, так и было: отказался переходить в «Динамо» - в сборную дорога закрыта, но в последние годы все изменилось. Главное, чтобы ты показывал достойную игру, и неважно, в каком клубе ты при этом выступаешь.
- За ваш почти десятилетний «шахтерский» период в команде сменилось много наставников. С кем вам работалось легче всего?
- Тренеры менялись почти каждый год, и каждый из них был весьма интересной личностью. Мне легко работалось с Прокопенко, с Бышовцем у нас были отличные отношения: когда он пришел, я некоторое время не выступал, но он доверил мне место в составе, за что я был ему очень благодарен. Из всех иностранцев, работавших в «Шахтере» самое сильное впечатление оставил Скала: выдающийся тренер и замечательный человек, жаль, что у него не все сейчас ладится в «Спартаке».
- А в целом, если рассматривать вашу карьеру с самого детства, был ли в ней человек, оказавший самое серьезное влияние на ваше становление как футболиста?
- Мой отец. Он не имеет никакого отношения к профессиональному спорту, но он всегда поддерживал все мои начинания. Мама, понятное дело, была против, говорила, что мне надо учится, закончить школу, поступить в институт, а не гонять попусту по двору мяч.
- В свое время защитник «Шинника» Шевчук рассказывал, как тяжело пробиться в большой футбол из маленького украинского города Луцка. Вы же вообще родились и выросли в деревне, где о футбольном образовании можно было только мечтать. Как удалось совершить такой путь до профессионального спортсмена, игрока национальной сборной?
- Было бы, как говорится, желание! Нужно задать себе цель и идти к ней, не взирая на преграды. Я ведь не заканчивал никакой детской футбольной школы, у нас ее просто не было. Так что я можно сказать - футболист-самоучка. До 16 лет футбольное образование получал на улице, гонял с друзьями мяч деревня на деревню, а в 17 лет пошел учиться в ивано-франковский республиканский техникум на учителя физкультуры. Там у меня и появился первый тренер: наш преподаватель по совместительству и был наставником команды.
- Среди ваших однокурсников много было таких, кто, как и вы, не заканчивал никаких футбольных ДЮСШ?
- Таких практически не было: еще один или два человека.
- И как вы смотрелись на их фоне?
- Как это ни странно, очень хорошо (улыбается). Тренеру я сразу понравился, и едва я только поступил в техникум, он сразу определил меня в состав команды. Кстати, из тех, кто учился со мной в группе, еще только один футболист вышел на серьезный профессиональный уровень: Роман Максимюк, экс-игрок питерского «Зенита». Получая образование, я к тому же играл за областную команду на различных соревнованиях. А потом тренер этой самой команды принял украинский клуб «Бережаны», который выступал в то время в переходной лиге. Год я отыграл под его руководством, а когда он уходил, то посоветовал тренеру «Прикарпатья» обратить на меня внимание. Еще год я провел в первой лиге, причем в первом же сезоне мы вышли в высший дивизион, и уже вскоре меня пригласили в Донецк, куда я, не раздумывая, и отправился.
- И откуда уехали, спустя 10 лет, перейдя в ярославский «Шинник». Когда велись переговоры между клубами, Виктор Прокопенко, являющийся спортивным директором «Шахтера», заявил в СМИ, что вы никуда не уйдете из команды. Это был тактический ход или его собственное заблуждение?
- Обычно, когда у меня заканчивался контракт, руководство «Шахтера» переподписывало со мной новый, а в этот раз, за несколько дней до окончания действующего соглашения, никто никаких новых контрактов мне не предлагал. А я и сам уже за полгода до этого для себя решил, что, наверное, поменяю клуб. Все так совпало, и я подумал, что это знак свыше. А когда Прокопенко заговорил-таки о контракте, мне пришлось сказать: «Извините, я уже перешел в другую команду». Но на меня никто не обиделся: я столько времени и сил отдал «Шахтеру», что все прекрасно понимали мое решение самому заниматься своей дальнейшей карьерой.
- У Шевчука, с которым вы вместе играли в свое время в «Шахтере», интересовались условиями в «Шиннике»?
- Не без этого. Я с ним созванивался, расспрашивал, как город, как команда.
- И что он ответил?
- «Не сильно плохо!» (улыбается).
- Пока вы приехали один, без супруги. Собираетесь привозить семью в Ярославль?
- Да, в следующем году, я думаю, родные переедут ко мне. Еще, надеюсь, что они соберутся навестить меня в сентябре.
- Они - это…
- Жена и дочь. Старший сын супруги, скорей всего, останется на Украине, он уже учится в школе, было бы неправильно его дергать в начале учебного года.
- Пока, в отсутствие близких, чем вы заполняете свое свободное время?
- Гуляю по городу. Кроме того, я только сейчас снял квартиру, переехал и пытаюсь ее как-то благоустроить к приезду семьи, а раньше почти все время находился на базе.
- А дома, на Украине были какие-то занимательные увлечения или хобби?
- Почему были? И есть. В последние годы я в буквальном смысле «подсел» на коллекционирование пивных бокалов. Где бы я ни был, отовсюду стараюсь их привезти. Все началось с подарка от представителей словацкой сборной, с которой мы играли: каждому футболисту преподнесли красивый пивной бокал.
- Самый интересный экземпляр из них?
- Я приобрел его в Германии. Он такой тяжелый, что у меня чуть руки не отвалились везти его домой (улыбается).
- У друзей теперь, наверное, не возникает вопроса по поводу, что вам подарить?
- Наверное, нет. Они постоянно пополняют мою коллекцию. По поводу и без повода.
- А все экземпляры применялись по назначению?
- Сам я стараюсь пивом не злоупотреблять, но тем, кто приходит в гости, всегда предлагаю использовать понравившийся бокал. Так что можно сказать: друзьями опробованы все!
- Российские арбитры пока что судят меня построже, видимо, потому, что еще не знают, как я обычно действую на поле, - говорит Старостяк - В подобных ситуациях, в каких предупреждают меня, я заметил, некоторым футболистам других команд карточки вообще не показывают.
- На Украине судили мягче?
- В украинском чемпионате у меня было 6 – максимум 7 карточек в сезоне. Даже 8 никогда не было, потому что тогда пришлось бы пропускать две встречи. А на такое количество матчей я по данной причине из состава не выпадал. Просто там давно уже все привыкли к моей манере игры, за столько лет изучили мои привычки, мой характер: на поле я становлюсь жестким, непримиримым. На Украине я иногда мог позволить себе даже прикрикнуть на судью, это мне ничем не грозило. Главное – не переходить границы дозволенного. А в России я однажды только попытался что-то сказать – уже, гляжу, арбитр потянулся за карточкой.
- Тем не менее, репутация «грубого защитника» прочно закрепилась за вами и в украинском чемпионате. Просматривая прессу за прошлые годы, можно было неоднократно нарваться на рассказы о вашей несдержанности: то после финального свистка «въехали» ногами в соперника, то со злости запустили мяч в ложу для почетных гостей…
- Понял, о какой истории вы напомнили, - улыбается Старостяк. – Только на самом деле это был обыкновенный эпизод, из которого журналисты просто раздули скандал. «Шахтер» тогда долгое время шел вообще без поражений, а затем прервал свою серию, уступив в Кубке УЕФА. И нам бы скорей забыть об этом, а мы взяли и опять проиграли в чемпионате, да еще и команде, которую значительно превосходили по уровню – «Волыни». Было так обидно, что после финального свистка, я со злости ударил по мячу. Я даже не трибуну-то не хотел попасть, и уж тем более знать – не знал, что именно в том направлении находится ложа VIP-персон. А в СМИ потом расписали, что я такой-сякой, специально туда метил. Меня даже дисквалифицировали за это на одну игру.
- Вы всегда так болезненно переживаете поражения, или это был единичный случай?
- Наверное, всегда. Если в игре что-то не ладится, то эмоции просто перехлестывают. Думаю, во многом причиной такого отношения было и то, что «Шахтер» в последние годы все-таки не часто проигрывал, и поэтому каждое поражение воспринималось как трагедия. Тем более в команде нас всегда настраивали так, что даже ничья – рассматривалась как катастрофа. Я знаю, например, что в некоторых футбольных клубах и за ничьи платят премиальные, но для «Шахтера» подобное недопустимо.
- Возвращаясь к нарушениям. Признайтесь, а все-таки случалось такое, когда вы действительно со злости позволяли себе грубость в отношении соперника?
- Не хочется об этом вспоминать, но скажу честно – бывало. Сейчас мне очень стыдно за такое свое поведение.
- Расскажите хотя бы, когда это было: в молодости, или уже в зрелом футбольном возрасте?
- В разные времена, но в молодости, конечно, чаще. С возрастом приходит опыт и уходит импульсивность. Стараешься быть более сдержанным: во-первых, не хочешь подвести команду, во-вторых, больше думаешь о зрителях, которые хотят видеть «чистый», красивый футбол.
- В свое время за излишнюю жесткость вас даже прозвали Топором…
- Да, эту кличку мне придумал мой друг (смеется). Как-то на тренировке я сильно «въехал» в своего же партнера, и он мне сказал: «Ну, ты прямо как Топор «вырезал»!» Она ко мне надолго прилепилась, на Украине меня так и называли: и одноклубники, и соперники, и в шутку, и всерьез.
- До России еще не добралась?
- Во всяком случае, в Ярославле о ней уже узнали. Наверное, не без помощи Шевчука (улыбается).
Футболист - самоучка
- За «Шахтер» вы выступали 9 лет – практически всю профессиональную игровую карьеру. Что же побудило покинуть родной клуб?
- С приходом нового тренера в «Шахтере» начались большие изменения. Кроме того, когда я травмировался и на два месяца выбыл из строя, то, вернувшись, при новом наставнике мне не нашлось места в основе, и я сидел на лавке. А мне безумно хотелось играть! Я сейчас как раз в таком возрасте, что уже не могу и не хочу тратить время на скамейку запасных. Это в 19 лет можно пропустить три-пять месяцев, сидеть и ждать своего часа.
- Как появился вариант с «Шинником»?
- Его нашел мой агент. Он хорошо знаком с Олегом Долматовым, и они довольно быстро решили все вопросы. Тем более Олег Васильевич сам неплохо меня знает, когда он тренировал украинскую «Ворсклу», мы играли против его команды, и он видел меня в деле. Были и другие предложения от клубов российской Премьер-лиги, но в материальном плане они мне не подходили.
- Не побаивались в столь серьезном по футбольным меркам возрасте ехать в незнакомый чемпионат?
- Нет. Наоборот, мне было интересно попробовать себя в новых условиях, посмотреть, чего я стою, доказать всем и самому себе, что я не игрок одного чемпионата.
- В вашей «трудовой книжке» вообще крайне мало записей: до «Шахтера» было всего две команды. Вы вообще не склонны к перемене мест или просто вас все устраивало в одном из ведущих украинских клубов?
- В «Шахтере» меня все устраивало: и в финансовом плане, и в бытовых условиях, к тому же я всегда играл в основе. Чего еще было желать? Я никуда и не рвался.
- А пополнить ряды главного конкурента – киевского «Динамо» - не приглашали?
- Приглашали. Когда я только-только перешел в «Шахтер», отыграл в нем один сезон, получил вызов в сборную Украины, президент «Динамо» сделал мне предложение перейти в его клуб.
- Вы отказались. Не боялись, что двери в национальную команду захлопнутся перед вами?
- Нет. Раньше, может быть, так и было: отказался переходить в «Динамо» - в сборную дорога закрыта, но в последние годы все изменилось. Главное, чтобы ты показывал достойную игру, и неважно, в каком клубе ты при этом выступаешь.
- За ваш почти десятилетний «шахтерский» период в команде сменилось много наставников. С кем вам работалось легче всего?
- Тренеры менялись почти каждый год, и каждый из них был весьма интересной личностью. Мне легко работалось с Прокопенко, с Бышовцем у нас были отличные отношения: когда он пришел, я некоторое время не выступал, но он доверил мне место в составе, за что я был ему очень благодарен. Из всех иностранцев, работавших в «Шахтере» самое сильное впечатление оставил Скала: выдающийся тренер и замечательный человек, жаль, что у него не все сейчас ладится в «Спартаке».
- А в целом, если рассматривать вашу карьеру с самого детства, был ли в ней человек, оказавший самое серьезное влияние на ваше становление как футболиста?
- Мой отец. Он не имеет никакого отношения к профессиональному спорту, но он всегда поддерживал все мои начинания. Мама, понятное дело, была против, говорила, что мне надо учится, закончить школу, поступить в институт, а не гонять попусту по двору мяч.
- В свое время защитник «Шинника» Шевчук рассказывал, как тяжело пробиться в большой футбол из маленького украинского города Луцка. Вы же вообще родились и выросли в деревне, где о футбольном образовании можно было только мечтать. Как удалось совершить такой путь до профессионального спортсмена, игрока национальной сборной?
- Было бы, как говорится, желание! Нужно задать себе цель и идти к ней, не взирая на преграды. Я ведь не заканчивал никакой детской футбольной школы, у нас ее просто не было. Так что я можно сказать - футболист-самоучка. До 16 лет футбольное образование получал на улице, гонял с друзьями мяч деревня на деревню, а в 17 лет пошел учиться в ивано-франковский республиканский техникум на учителя физкультуры. Там у меня и появился первый тренер: наш преподаватель по совместительству и был наставником команды.
- Среди ваших однокурсников много было таких, кто, как и вы, не заканчивал никаких футбольных ДЮСШ?
- Таких практически не было: еще один или два человека.
- И как вы смотрелись на их фоне?
- Как это ни странно, очень хорошо (улыбается). Тренеру я сразу понравился, и едва я только поступил в техникум, он сразу определил меня в состав команды. Кстати, из тех, кто учился со мной в группе, еще только один футболист вышел на серьезный профессиональный уровень: Роман Максимюк, экс-игрок питерского «Зенита». Получая образование, я к тому же играл за областную команду на различных соревнованиях. А потом тренер этой самой команды принял украинский клуб «Бережаны», который выступал в то время в переходной лиге. Год я отыграл под его руководством, а когда он уходил, то посоветовал тренеру «Прикарпатья» обратить на меня внимание. Еще год я провел в первой лиге, причем в первом же сезоне мы вышли в высший дивизион, и уже вскоре меня пригласили в Донецк, куда я, не раздумывая, и отправился.
- И откуда уехали, спустя 10 лет, перейдя в ярославский «Шинник». Когда велись переговоры между клубами, Виктор Прокопенко, являющийся спортивным директором «Шахтера», заявил в СМИ, что вы никуда не уйдете из команды. Это был тактический ход или его собственное заблуждение?
- Обычно, когда у меня заканчивался контракт, руководство «Шахтера» переподписывало со мной новый, а в этот раз, за несколько дней до окончания действующего соглашения, никто никаких новых контрактов мне не предлагал. А я и сам уже за полгода до этого для себя решил, что, наверное, поменяю клуб. Все так совпало, и я подумал, что это знак свыше. А когда Прокопенко заговорил-таки о контракте, мне пришлось сказать: «Извините, я уже перешел в другую команду». Но на меня никто не обиделся: я столько времени и сил отдал «Шахтеру», что все прекрасно понимали мое решение самому заниматься своей дальнейшей карьерой.
- У Шевчука, с которым вы вместе играли в свое время в «Шахтере», интересовались условиями в «Шиннике»?
- Не без этого. Я с ним созванивался, расспрашивал, как город, как команда.
- И что он ответил?
- «Не сильно плохо!» (улыбается).
- Пока вы приехали один, без супруги. Собираетесь привозить семью в Ярославль?
- Да, в следующем году, я думаю, родные переедут ко мне. Еще, надеюсь, что они соберутся навестить меня в сентябре.
- Они - это…
- Жена и дочь. Старший сын супруги, скорей всего, останется на Украине, он уже учится в школе, было бы неправильно его дергать в начале учебного года.
- Пока, в отсутствие близких, чем вы заполняете свое свободное время?
- Гуляю по городу. Кроме того, я только сейчас снял квартиру, переехал и пытаюсь ее как-то благоустроить к приезду семьи, а раньше почти все время находился на базе.
- А дома, на Украине были какие-то занимательные увлечения или хобби?
- Почему были? И есть. В последние годы я в буквальном смысле «подсел» на коллекционирование пивных бокалов. Где бы я ни был, отовсюду стараюсь их привезти. Все началось с подарка от представителей словацкой сборной, с которой мы играли: каждому футболисту преподнесли красивый пивной бокал.
- Самый интересный экземпляр из них?
- Я приобрел его в Германии. Он такой тяжелый, что у меня чуть руки не отвалились везти его домой (улыбается).
- У друзей теперь, наверное, не возникает вопроса по поводу, что вам подарить?
- Наверное, нет. Они постоянно пополняют мою коллекцию. По поводу и без повода.
- А все экземпляры применялись по назначению?
- Сам я стараюсь пивом не злоупотреблять, но тем, кто приходит в гости, всегда предлагаю использовать понравившийся бокал. Так что можно сказать: друзьями опробованы все!
второй половине дня в Волгоград чартерным рейсом, разместилась в одноименном отеле. За сутки футболистам предстоит акклиматизироваться: на Нижней Волге гораздо жарче, чем на Верхней - столбик термометра даже к вечеру не опускается ниже 36 градусов при сильной духоте. Тем не менее вечером Олег Долматов провел с командой занятие на Центральном стадионе. Скорее всего, главный тренер "Шинника" внесет минимум изменений в состав, выигравший два последних матча.
- 0:5 (0:2)
Голы: Кулешов, 17 (0:1). Карлсон, 42 (0:2). Карлсон, 51 (0:3). Васильев, 61 (0:4). Васильев, 83 (0:5).
"Ротор" (Волгоград): Ильин (Петров, 46), Кацалапов (Рашевский, 46), Крушельницкий, Свириденко, Столповский, Дубенский, Клюев (Журавлев, 63), Кудрин (Борисов, 53), Омельченко, Бондаренко (Струков, 45), Зеленовский (Гребнев, 53).
"Шинник" (Ярославль): Станев, Шевчук, Ткачев, Ульянов (Крылов, 81), Карев, Архипов (Харитонский, 66), Засядьвовк, Солнцев, Туменко (Уильяме, 46), Карлсон (Васильев, 60), Кулешов (Штукин, 53).
Наказания: Кудрин, 30. Ульянов, 43. Бондаренко, 43. Карев, 62 (предупреждения).
Судья: Кулалаев (Волжский).
24 августа. Волгоград. Стадион "Трактор". 300 зрителей. 35 градусов.
Хозяева могли проиграть и с теннисным счетом, но за три минуты до финального свистка Шевчук попал в перекладину. Карлсон отметился "необычным" дублем, дважды забив голы двум голкиперам "Ротора" ударами между ногами. А Васильев первый из двух своих мячей провел, не находясь на поле и десяти секунд.
Голы: Кулешов, 17 (0:1). Карлсон, 42 (0:2). Карлсон, 51 (0:3). Васильев, 61 (0:4). Васильев, 83 (0:5).
"Ротор" (Волгоград): Ильин (Петров, 46), Кацалапов (Рашевский, 46), Крушельницкий, Свириденко, Столповский, Дубенский, Клюев (Журавлев, 63), Кудрин (Борисов, 53), Омельченко, Бондаренко (Струков, 45), Зеленовский (Гребнев, 53).
"Шинник" (Ярославль): Станев, Шевчук, Ткачев, Ульянов (Крылов, 81), Карев, Архипов (Харитонский, 66), Засядьвовк, Солнцев, Туменко (Уильяме, 46), Карлсон (Васильев, 60), Кулешов (Штукин, 53).
Наказания: Кудрин, 30. Ульянов, 43. Бондаренко, 43. Карев, 62 (предупреждения).
Судья: Кулалаев (Волжский).
24 августа. Волгоград. Стадион "Трактор". 300 зрителей. 35 градусов.
Хозяева могли проиграть и с теннисным счетом, но за три минуты до финального свистка Шевчук попал в перекладину. Карлсон отметился "необычным" дублем, дважды забив голы двум голкиперам "Ротора" ударами между ногами. А Васильев первый из двух своих мячей провел, не находясь на поле и десяти секунд.
– 2:1 (0:1)
Голы: Лагиевка, 8 – в свои ворота – 0:1, Кушев, 51 – 1:1, Кульчий, 69 – 2:1
«Шинник»: Сафонов, Старостяк, Штанюк (к), Лагиевка, Спахич (Фузайлов, 83), Кульчий, Юрич (Гришин, 70), Радосавлевич, Рубин, Ширко (Кечинов, 76), Кушев.
«Амкар»: Степанов, Поворов, Попов, Янкаускас, Хузин, Леонченко, Савочкин (Олексич, 51), Кобенко (Лаврик, 61), Шутов, Волков, Аристархов (Булыга, 73)
Наказания: Кушев, 11, Хузин, 35, Аристархов, 40, Кобенко, 45, Волков, 61 — предупреждения.
Голы: Лагиевка, 8 – в свои ворота – 0:1, Кушев, 51 – 1:1, Кульчий, 69 – 2:1
«Шинник»: Сафонов, Старостяк, Штанюк (к), Лагиевка, Спахич (Фузайлов, 83), Кульчий, Юрич (Гришин, 70), Радосавлевич, Рубин, Ширко (Кечинов, 76), Кушев.
«Амкар»: Степанов, Поворов, Попов, Янкаускас, Хузин, Леонченко, Савочкин (Олексич, 51), Кобенко (Лаврик, 61), Шутов, Волков, Аристархов (Булыга, 73)
Наказания: Кушев, 11, Хузин, 35, Аристархов, 40, Кобенко, 45, Волков, 61 — предупреждения.
составе Спахича, только вчера вернувшегося из сборной Боснии. Если Олег Долматов сочтет готовность легионера неудовлетворительной, его на левом фланге обороны заменит Фузайлов. С выздоровлением Станева в распоряжении тренеров стало четыре голкипера, и один из них вслед за Карпенко может быть отдан в аренду.
и Сергей Штанюк помогли свой национальной сборной Белоруссии переиграть в товарищеском матче турков (2:1), защитник ярославского клуба Эмир Спахич отыграл тайм в матче Франция – Босния (1:1). А вот сборная Латвии, за которую выступал Андрей Рубин, проиграла Уэльсу – 0:2.
"Москвы" Владимира Колесниченко должна решиться после двусторонней игры. При подготовке к матчу 20-го тура с "Амкаром" Олег Долматов вынужден обойтись без белорусов Кульчия, Штанюка, латвийца Рубина, боснийца Спахича и казахстанца Дубинского: все они вчера выступали за национальные сборные.
в аренду в саратовский "Сокол" до конца сезона.
- 2:1 (2:1)
Голы: Спахич, 20 (1:0). Рубин, 32 (2:0). Кириченко, 42 - с пенальти (2:1).
Шинник: Сафонов, Кульчий, Лагевка, Радосавлевич, Рубин (Дубинский, 90), Спахич, Старостяк, Хазов (Кушев, 65), Ширко, Штанюк, Юрич (Гришин, 46)
ЦСКА: Акинфеев, Алдонин, А. Березуцкий (Жирков, 35), В. Березуцкий, Вагнер, Игнашевич, Кириченко (Даду, 75), Одиа, Семак (Гусев, 61), Шемберас, Ярошик
Предупреждения: Старостяк, 18; Хазов, 30; Радосавлевич, 48; Лагевка, 88 - Игнашевич, 56; Гусев, 66; Одиа, 88; Алдонин, 90
Судья: Н. Иванов (Санкт-Петербург)
Ярославль. "Шинник"
Голы: Спахич, 20 (1:0). Рубин, 32 (2:0). Кириченко, 42 - с пенальти (2:1).
Шинник: Сафонов, Кульчий, Лагевка, Радосавлевич, Рубин (Дубинский, 90), Спахич, Старостяк, Хазов (Кушев, 65), Ширко, Штанюк, Юрич (Гришин, 46)
ЦСКА: Акинфеев, Алдонин, А. Березуцкий (Жирков, 35), В. Березуцкий, Вагнер, Игнашевич, Кириченко (Даду, 75), Одиа, Семак (Гусев, 61), Шемберас, Ярошик
Предупреждения: Старостяк, 18; Хазов, 30; Радосавлевич, 48; Лагевка, 88 - Игнашевич, 56; Гусев, 66; Одиа, 88; Алдонин, 90
Судья: Н. Иванов (Санкт-Петербург)
Ярославль. "Шинник"
